Проект заставил понервничать сибиряков, следивших за развитием событий на Чукотском полуострове. Там уже хозяйничал американский торгово-промышленный синдикат: выменивали на водку и скупали у местного населения китовый ус, моржовые клыки, шкуры белого медведя, к месторождениям золота шли артели аляскинских бедолаг, почуявших первую дрожь новой «золотой лихорадки», агенты фирм уже распространились едва ли не по всем местным селениям. Можно было ожидать, что американский капитал готовится пересечь пролив и обосноваться на побережье с основательностью богатых колонизаторов. Но экономический марш по новой территории без сети дорог был для них непривычен. Они задались целью на первых порах развить здесь пути сообщения, связать их с железными дорогами Аляски, как естественное их продолжение. Трудно было рассчитывать на поддержку этих замыслов со стороны российского правительства, и тогда американцы заговорили о проекте железной дороги через всю Сибирь, настаивая начинать строительство именно с восточного участка, оставляя за собой возможность приостановить, даже прервать работы, когда возьмут все, что хотели, на чукотской и камчатской земле. Созванное в декабре 1906 года в Иркутске совещание о путях сообщения в Сибири отклонило этот проект как «не отвечающий ни государственным, ни промышленным целям края».

Но и у самой идеи второго широтного стального пути тоже были противники. Они предпочитали сооружать' от действующей рельсовой дороги боковые ответвления, которые образовали бы нечто вроде железного скелета Сибири и Дальнего Востока; грузы, по их мнению, достаточно перевозить на север или на юг и в обратном направлении, возвращаясь на магистральный стержень.

Из многих направлений трассы, живо обсуждавшихся в кругу горных инженеров и широкой сибирской общественностью, выделялся аргументацией так называемый Северо-Байкальский вариант, предусматривавший на первом этапе строительства выход железной дороги от Тулуна через Братск к Усть-Куту на Лене, к той части реки, где уже вовсю дымили и протяжно гудели, встречаясь на фарватере, бокастые колесные пароходы «Святой Тихон Задонский», «Константин», «Альфред», «Пермяк», «Граф Сперанский», «Работник», «Почтарь», «Якут» и другие посудины золотопромышленников и судовладельцев.